В его копилке — Гран-при международных конкурсов и победы на всероссийских фестивалях. Народный цирк «Прометей» — коллектив с историей. Он был создан в 1978 году при Дворце культуры горняков. О нём пишут в газетах, снимают сюжеты, ему аплодируют зрители по всей стране. Но что остаётся за кадром? Что стоит за каждым номером, за каждой улыбкой на сцене? Об этом лучше других знает руководитель «Прометея» Елена БРЯНСКАЯ. Она видит цирк не с парадной стороны, а изнутри: с репетиций, с усталости, с бесконечных повторов, с того самого момента, когда будущий номер еще только складывается из идеи, движения и риска.
Мы пришли в цирк, чтобы узнать об этом. И первое, что бросается в глаза: здесь не бывает случайных людей.
— Елена Петровна, все говорят о ваших достижениях. А что стоит за номером? Как он рождается?
— Вообще, цирк — это адский труд, — говорит руководитель коллектива Елена Брянская. — Сюда входит очень много жанров: и акробатика, и жонглирование, и танец, и пластика. Я не умаляю работу других коллективов, у каждого свои сложности, но у нас это комбинация, поэтому создать сильное выступление непросто.
Она рассказывает, как дети приходят в коллектив. Сначала появляется желание. Потом уже идут мячи, реквизит, дети, которые начинают пробовать, придумывать. Кто-то гнётся лучше — становится гимнастом. Кто-то уходит в акробатику.
— Наша задача: раскрыть талант каждого. Приходит какой-нибудь ребенок, и я сразу говорю: «О, вот эта девочка будет звездой!» Потенциал чувствуется. И харизма, и внешность, и строение фигуры.
Музыка, по словам Елены Петровны, появляется потом.
— Я всегда ищу мелодию после составления трюковой части. Нужно выбрать такую, от которой мурашки по коже. Со временем появился талант хорошо чувствовать музыку. Затем мы соединяем два элемента: ставим песню так, чтобы она хореографически подходила под трюки. И в конце получается готовый сильный номер.
Одна семья
В тренажерном зале нет ни одного лишнего предмета. На стене расположен стенд с фотографиями с выездов. Ребята наперебой показывают: «Вот это Анапа!», «А это Сочи!», «Мы там на море гуляли». Рядом висят плакаты, нарисованные от руки, памятные афиши концертов. А при встрече здесь обнимаются все. Это не просто ритуал, это часть жизни.
— Это у вас так принято — обниматься?
— Да, у нас очень сильная тактильность, — кивает Елена Петровна. — Мы семья, а здесь наш второй дом. Они со мной делятся тем, что не могут сказать родителям. Я обязательно советую им, как правильно поступить. Обнимашки — часть ритуала нашей семьи.
Традиций здесь много. Отмечают дни рождения: раньше приносили торты, теперь заказывают пиццу на весь коллектив. Именинника подкидывают высоко-высоко всем цирком. А ещё здесь делают выпускные.
— Допустим, кто отрабатывает 11 лет, того мы торжественно выпускаем на сцене. У каждого есть свой особенный сольный номер. Чтобы все знали, какие у нас взрослые талантливые дети.
— А многие остаются в цирке после выпуска?
— Нет, не многие, — вздыхает Елена Петровна. — На самом деле, цирк — это искусство, которое должно быть в душе. Но идти всю жизнь по этому пути тяжело. Я сама цирковая артистка, но этот пик очень временный. Когда ты молодой, твое тело еще позволяет выступать. А потом организм уже не выдерживает таких нагрузок. И задаёшь себе вопрос: «А кто я без сцены?»
Она замолкает на секунду.
— Быть руководителем цирка очень тяжело. Каждый участник коллектива важен. Много характеров разных, проблем. Приходит кто-то без настроения, я должна обязательно спросить, что случилось. Нужно ребенка разогреть перед тренировкой. Иначе никакого удовольствия не будет ни тебе, ни детям. И в чём тогда радость и смысл?
Гармония тела и души
Тем временем в зале кипит жизнь. Ребята сосредоточенно тянутся на шпагатах, кто-то отрабатывает стойку, кто-то повторяет связку. Разговоры негромкие, по делу. Тренер зорко следит за каждым движением: «Я не вижу ваших шпагатов! А ну показали растяжку!» Дети, даже не прерывая упражнений, улыбаются и с лёгкостью демонстрируют — тело уже слушается идеально.
— А что меняется первым у ребенка, который приходит в цирк: разум или тело?
— Тут всё очень сложно, — отвечает Елена Петровна. — Бывают некоторые дети, которые приходят как «деревяшки», но у них есть желание достичь успеха. И здесь они этого достигают. Не сразу тело подчиняется разуму, но если есть стремление, то ты выходишь на сцену. А бывает так, что ребенок приходит уже раскрытым, без страхов и сомнений. Но часто бывает такое, что дети ярко и быстро расцветают на сцене, а потом как будто угасают. А есть и те, кто открывается потом. Дети вообще все разные.
Рядом тренируется Влад. Он пришёл в цирк уже взрослым, в осознанном возрасте. Пока мы разговариваем, он сосредоточенно жонглирует. Перед тем как выйти на сцену, он занимался всего пару месяцев, а потом сразу выступал в Казани. Это удивительная редкость: обычно дети осваивают элементы около полугода, прежде чем показать зрителю готовый номер.
— А как проходит тренировка?
— Пробежка в парке, затем полтора часа общей физической подготовки, растяжка и разминка, — рассказывает Елена Петровна. – Здесь, в нашем зале, с резинками, с гантелями, со скакалками. Наталья Федоровна начинает часть акробатики, а Жанна Анатольевна берет малышей. И постепенно запускается процесс отрабатывания трюков.
?В цирке работает трёхступенчатая система: Наталья Фёдоровна Абаимова — тренер по акробатике, отвечает за физическую подготовку. Елена Петровна Брянская ставит номера. А Жанна Анатольевна Потапова доводит всё до совершенства.
Успеть всё!
— А боязнь сцены? Она проходит?
Ребята переглядываются.
— Поначалу тяжело, очень страшно, — говорят они. — Но ко всему можно привыкнуть. Волнение становится приятной частью.
— Вам нравится, когда аплодируют? Или это отвлекает?
— Нравится, когда аплодируют, — отвечают хором. — Все думают, что шум отвлекает, но наоборот — это заряжает энергией. Страх испаряется полностью, когда слышишь поддержку из зала.
За кулисами течёт своя жизнь. Костюмы Елена Петровна шьёт сама. На все номера. После выступления у детей есть ровно три с половиной минуты, чтобы переодеться к следующему номеру.
— Между номерами все наши улыбки резко спадают на одну минуту, — смеётся она. — Потому что дети выступают, а затем суетятся, быстро костюмы снимают и тут же в следующие переодеваются. А ты потный весь ещё, ничего не налезает.
— А если не успеваешь?
— Успеваешь. Всегда успеваешь. У нас нельзя не успевать.
Связанные одной целью
— Чем «Прометей» отличается от других цирков? Какая ваша сильная сторона?
— Массовые номера, — говорит Елена Петровна. — У нас энергетика бешеная. Наши дети всегда улыбаются. Мы очень часто ездим на фестивали, где нередко спрашивают, кто ставил нам хореографию. Да никто, всегда сами. У нас очень чистые и отработанные номера. Когда мы выступаем, все синхронно, даже эмоции. И это наша фишка.
Последние события цирка говорят сами за себя. 18 апреля на Всероссийском конкурсе вокального и хореографического творчества «В своем репертуаре!» в Медногорске «Прометей» взял Гран-при и четыре диплома лауреата первой степени. В октябре прошлого года — международный конкурс «Цирковое ревю» в Казани: шесть первых мест, одно второе и Гран-при. А ещё фестиваль «Маска Фест» в Орске, где коллектив назвали «Жемчужиной Урала».
Впереди День шахтёра в августе, а затем новый сезон, к которому уже накопилось много идей и задумок. Что-то новенькое обязательно появится в репертуаре.
— Одно слово, которое описало бы ваш цирк?
Из зала раздаются выкрики:
— Семья!
— Риск!
— Жизнь!
Елена Петровна улыбается и заканчивает:
— Цирк — это всё!
P.S. Мы выходим из зала. На прощание снова обнимаемся. Кто-то из ребят машет рукой и кричит: «Приходите ещё!» На улице слышен смех и плеск фонтана. И кажется, что этот маленький мир, где каждый готов подставить плечо и поймать другого во время прыжка, и есть самое главное. Потому что здесь знают: «Ты можешь уйти из цирка, но цирк из тебя никогда не уйдет».